1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Моя сестра Инга Артамонова. Повествование девятое. Ради красоты спорта. Сезон 1964-1965

Рейс самолета в Иркутск, куда Инга отправлялась на первый лед, задерживался из-за нелетной погоды. Пришлось долго ждать. В дневнике она сделала отметку: «Сидела в аэропорту». Придет время, когда самолетам капризы погоды будут нипочем, а сейчас их приходится учитывать. Капризы. А в себе различные капризы человек подавляет, иначе с ними далеко не уедешь. Вот, скажем, распределение своих сил в любой деятельности. И в спорте тоже. В сущности, проблема эта сводится к исключительной экономии ресурсов физических, нервных... «У лыжников, - думала Инга, - представителям других видов спорта можно поучиться умению распределять свои силы... Экономия и еще раз экономия движений. Она является решающей в достижении победы». И Инга невольно вспоминала своих друзей лыжников из «Динамо» - Алю и Пашу Колчиных, многократных чемпионов мира, олимпийских чемпионов. Как начнут носиться по опилочной дорожке стадиона «Динамо» круг за кругом - конца нет. Небольшие росточком, складненькие, своей неустанностью и ритмичностью они всегда удивляют. Невольно остановишься и поклонишься их таланту так самоотверженно работать.

«Да и нам, конькобежцам, - думала Инга, - об экономии приходится постоянно думать. И не только на соревнованиях. Накопление энергии при отдыхе - та же экономия».

Сейчас она ехала на первый лед. Хорошо бы в сезоне не израсходовать запала, набранного летом и осенью. Да еще и так сказать: довольно уж занимать два сезона подряд вторые места на чемпионатах мира. Довольно! Нужно радикальным образом изменить такое положение. У человеческого организма всегда найдутся резервы. Вопрос только в том, каким путем идти... Только ли увеличением тренировочной нагрузки можно добиться улучшения спортивных результатов? Или подумать о чем-то еще, что могло бы положительно повлиять на них? Надо искать. Теперь те секунды, которые ты показала когда-то на высокогорном Медео, надо показать уже на равнине... Ho за счет чего это сделать? Думай. Сейчас самочувствие ей подсказывало, что она выбрала правильный курс.

После активного отдыха в мае в Карловых Варах Инга поехала на сборы в прибалтийский город Ниду. Вскоре появилась следующая запись: «Самочувствие хорошее. Бегать кросс здесь очень приятно. Есть желание тренироваться».

Поработала она летом действительно много (прыжки со штангой на плечах, гребля, плавание), чередуя тренировки с отдыхом: «Много спала на воздухе».

Находила все новые тренировочные средства. Эффективными ли они будут? Об этом станет известно в конце сезона.

На сборах в Зарасае она записала (27 июля): «Активный отдых. I) Плавание 1000 м. 2) Катание на водных лыжах - 30 минут. 3) Танцы «твист» - 40 минут.

Самочувствие нормальное. Вечером участвовала в художественной самодеятельности».

Приехав в Москву, пять дней подряд ходила в театры. Когда не думаешь о деле, гораздо больше пользы бывает. Инга пришла к выводу: психика быстрее устает, чем мышцы. С годами не так уж крепко спит человек, как в юности, не так легко забывает обиды, как раньше.

Заодно нужно было находить новые средства тренировки или идти еще дальше, используя старые. Взять хотя бы то же катание на роликах за машиной. Что если увеличить накат километров, привязавшись к машине веревкой? Даст ли это положительный эффект? Ведь некоторые специалисты конькобежного спорта предостерегают от чрезмерного увлечения роликами, поскольку, дескать, не все нужные конькобежцу мышцы работают.

Вообще-то, к различным новым течениям в спорте следует относиться чрезвычайно осторожно. Была как-то мода развивать все группы мышц, «накачивать» их. Опытные спортсмены на такую удочку не поддались: это вы детям, мол, рассказывайте, а нас не проведешь. К числу их относится и Гришин - четырехкратный олимпийский чемпион, всю жизнь сам себя контролировавший, человек волевой и зоркий. Он знал, что делал. До сорока лет почти бегал, да притом на олимпиадах. А сколько талантливых спортсменов поверили этому новому веянию? Немало. Мышцы их вскоре были «забиты» до такой степени, что они как конькобежцы практически перестали существовать.

Так что и ей приходилось исследовать скрупулезно новые тренировочные средства. Конечно, был определенный риск в этом, но мог быть и успех. Тогда уже сама по себе радость такого открытия удесятеряла силы и веру в себя. Любое явление существует в тесной связи с другими, а не само по себе. Такой вывод с годами все чаще и чаще давал о себе знать.

И все-таки - катание на роликах за машиной. На сборах в Паланге решила этим заняться. Август - вполне подходящее для роликов время: на дороге не скользко. Первая запись о такой тренировке на сборах там: «10 км за машиной на веревке». В ушах свистит ветер - ведь машина идет со скоростью сорок километров в час. Преодолевается «звуковой барьер», как в авиации, другими словами, приобретается ощущение, свойственное человеку при больших скоростях. Ведь как бывает? Силу спортсмен чувствует, а преодолеть свой «барьер» не может. И остается всю свою спортивную жизнь на уровне середнячка. Ему бы быть чемпионом, а он чемпионом не становится.

К концу лета Инга тренировалась уже в Москве, увеличила прокат на роликах. Отметила в дневнике 4 сентября: «За тренировку - 29 км 600 м».

Приходилось, однако, ко многим неожиданностям относиться спокойно. В Паланге случилась неприятность: «В середине тренировки упала на роликах и расшибла ногу. Обрабатывали в медпункте в аэропорту». Ho несмотря на это, в этот же день: «Продолжала тренировку. Самочувствие хорошее, только болит нога. На роликах катаюсь хорошо». Потом через два дня: «Потянула мышцу бедра. Тренировку пришлось прекратить. Болит еще нога, поврежденная на роликовой тренировке. Общее самочувствие нормальное».

Ho вот и первый сигнал: «Самочувствие хорошее, устали, правда, ноги. Они очень забиты». Это было в конце августа. И затем как следствие (через три дня): «Очень устала. Кататься надоело. Даже не могла плавать. Спала днем 2 часа. Ноги гудят».

Раз сигнал был, следует сделать вывод: тренировку на роликовых коньках прекратить, перейти к поднятию штанги. Нагрузка совсем иного рода - непродолжительная, но интенсивная. Опять же смена «декорации». Интересно, что она даст?! Прыжки и приседания со штангой, жим - в общей сложности за одну тренировку (1 октября 1964 года) поднято 6 тонн 575 килограммов.

Правильность в выборе и смене тренировочных средств проверяется опять-таки в чем-то другом. Например, в беге по пересеченной местности. Читаем: «Самочувствие - норма. Усталости почти нет. Кросс бегала легко, по маленьким горкам» (17 октября). Kpoccoвые тренировки, когда она была в Москве, проводила на Ленинских горах. Ей это место необыкновенно нравилось: деревья «видели» ее бег - как ни говорите, а тоже зрители.

Ho к концу октября надоел грунт, как надоедает асфальт городскому жителю и он при каждой возможности старается ступить на лесную тропинку - ноги не испытывают сопротивления, словно не идут по земле, а плывут по воздуху. И она отмечает 22 октября 1964 года: «Самочувствие хорошее, но тренироваться «на земле» уже постепенно надоедает. Хочу на лед. Объемы тренировок буду немного уменьшать. Отдохну перед льдом».

...И вот сейчас она на самом деле летит. В Иркутск. С высоты полета какими-то картинными, резко очерченными, видятся участки пахотной земли. Причем имеют они различную форму - то в виде прямоугольников, то трапеций, то большой величины шестигранников с неодинаковыми сторонами. А ландшафт! С различными ответвлениями, изогнутыми, как змеи, реками, своей декоративностью красок он напоминает карту-макет, которую мы встречаем на выставках по архитектуре. Земля с высоты полета при хорошей видимости часто окутана голубой дымкой. Самолет, кажется, завис над землей, а если и движется, то медленно, как дирижабль. И по-прежнему отчетливо видны желтоватые и светло-зеленые полотна сжатых или еще не сжатых полей и похожие на скопления маленьких камушков строения больших и малых городов и аккуратных, помещающихся на ладони, маленьких деревень. Как много можно увидеть сверху.

Земля с высоты кажется еще более могучей, зато люди, живущие на ней, совсем не видны. Ho в том-то и дело, что каждый из них продолжает свое движение по земле, невидимое сверху, и этот громадный мир многое замечает.

Инга имела романтическое воображение. Какое-то случавшееся осложнение она любила своим домысливанием непременно усилить. Ее впечатление от полета в самолете было таким: самолет то и дело попадал в воздушные ямы, его бросало поэтому из стороны в сторону, как щепку в пучине волн, а пассажиров швыряло от кабины пилотов к хвостовой части, а потом обратно, от пола к потолку, от иллюминатора с одной стороны самолета к иллюминатору с другой. Я не летал еще в самолетах и верил Инге беспредельно.

Прилетела она в Иркутск в ноябре, второго числа, и утром следующего дня - прямо на лед: «Первая ледовая тренировка на озере - в 21-м километре от Иркутска. Погода очень хорошая. Солнце. Лед крепкий. Ho кататься тяжело». В начале сезона так всегда бывает, потом мышцы приходят в норму.

В первую тренировку накатала четырнадцать километров, во вторую - восемнадцать, в третью - двадцать один километр.

Все шло неплохо: «Самочувствие хорошее, настроение тоже»; «Каталась очень легко, свободно, почти не уставала». Единственное, что выбивало из колеи: «Ночью плохо сплю. Разница во времени».

Для чего, спрашивается, так помногу километров нужно преодолевать конькобежкам на тренировках? Ведь за два дня соревнований они проходят расстояние из четырех дистанций, равное всего лишь шести километрам. В день выходит по три километра?! А за тренировку - по пятнадцать, двадцать, а то и более. Такое различие в объемах вызывается разницей в интенсивности проводимой работы. Вот одна характерная запись, сделанная Ингой на сборах в Ангарске в ноябре того же года: «За 12 тренировок 340,8 км. Из них интенсивной работы 6 км 700 м». Шесть километров семьсот метров составляют примерно одну сорок восьмую долю от трехсот сорока километров. Вот как тяжела интенсивная работа! Становится понятным, почему ее меньше, чем объемной работы, более «медленной», неспешной, но необходимой для развития выносливости. Интенсивная тренировка нужна больше для развития скоростной выносливости, то есть, чтобы не только не «умереть» на дистанции, но еще пройти ее и на высокой скорости, может быть, даже улучшить существующее мировое достижение. И так все четыре дистанции - примерно на одном и том же высоком уровне. Так что шесть километров соревновательных дистанций приравниваются, как теперь можно понять, примерно к тремстам с лишним километрам сравнительно спокойного, но тоже быстрого бега на льду.

Чтобы выдержать большую интенсивную работу, периодически повторяющуюся, нужно много тренироваться. Инга ее выдерживала. В эту зиму она устраивала для себя исключительные по интенсивности тренировки. Вот одна отметка в ее дневнике 10 ноября: «По технике замечаний нет. Получается неплохо. Каталась за ребятами - за Косичкиным, Гришиным. Ho мне не было трудно. На координацию 400 м - работала четко, старалась правильно толкаться в сторону по прямой. Самочувствие отличное». Или другая запись, свидетельствующая о ее тренировке на первом льду в Иркутске: «Почти все время тренировалась в «гусе» за мужчинами».

И постоянно вела строгий контроль своего состояния: «Пульс до работы - 16 ударов в 10 секунд, после - 25-26 ударов». Это ее рабочий пульс.

14 ноября 1964 года подходила уже к пику больших нагрузок: «Сегодня самая большая тренировка - 40 км». Всего один день отдыха, и потом опять работа, напоминавшая экзамен на тренированность, готовность к предстоящим стартам. Вот каковы были ее ощущения 16 ноября 1964 года: «Самочувствие отличное. На тренировке выполняла все очень легко. Повторная работа прошла просто незаметно, так легко я работала. Внутреннее состояние трудно передать, настолько хорошо чувствую себя. По технике замечаний нет. Всего 53 круга - 21 км 200 м. Интенсивной работы 3 км 200 м».

В последующие дни тренировок отметка такая: «Самочувствие отличное».

Расчет был правильным, и средства тренировочные оказались подходящими. Можно еще «поддать газу». И вот запись: «На сборах в Ангарске 7 кругов по 42,5 за Матусевичем». Это три тысячи метров примерно за пять минут. Выше мирового рекорда. Ho быстрее пяти минут начнут бегать спортсменки через пять-шесть лет, когда Инги уже не будет на свете. Ей нужно было жить долго, потому что она очень основательно и не спеша, последовательно готовила из себя спортсменку с большой буквы - не ради того, чтобы выступить пару раз успешно, ошеломить всех и выдохнуться. А ради того, чтобы доказать самой себе, на что можно рассчитывать, когда вдумчиво относишься к своим действиям - не с бухты-барахты, а как это делают самые тонкие исследователи. И, конечно же, ради того, чтобы свое открытие сделать достоянием советского спорта.

И ради этого шла неустанная работа над собой, постоянно шлифовалась техника. Кажется, низкую посадку - да будь она неладна - и этот вход в поворот спортсменка за десять с лишним лет бега по ледяной дорожке должна была выучить назубок. Ho все повторялось из года в год, из тренировки в тренировку. А ведь эти элементы, в сущности, азы конькобежного спорта, без них не может обойтись и второразрядник.

Инга не теряла головы, знала, что в тренировочном процессе принцип постепенности обязателен. Нельзя ни слишком спешить, чтобы потом занемочь, нельзя и очень медлить, чтобы потом отстать. Всему определены жесточайшие границы. Она это знала. И неукоснительно соблюдала выработанные ею же строжайшие законы, которые не каждому по плечу и по силам.

Ho было порой и еще труднее...

Она с обидой в сердце, что ее не понимал рядом живущий с ней человек, которого она своим примером мужества и человечности хотела увлечь в мир доброты и честного отношения к труду, несмотря на все это, продолжала упорно тренироваться. И никто из окружающих, кроме нас, ее родственников, не знал, что на самом деле испытывает она из-за этого непонимания и как ей трудно одновременно и заботиться о своей тренированности, нести ответственность за спортивную честь страны на международных состязаниях, и бороться за человека, который, как ей казалось, мог стать лучше. И она с этой болью в сердце, с упорством человека, преодолевающего барьер за барьером, не отступала ни на шаг от того ориентира в спорте, который сама себе наметила - побеждать. Она вела записи в дневнике, употребляя знакомые слова, и каждая новая запись открывает нам какую-то частичку ее души. Даже технические записи («На тренировке круги бежала по 39,5-40,0») сообщают многое.

Несмотря на кажущуюся со стороны легкость в достижении ею успехов в спорте, она сама считала, что у нее очень много недостатков технического порядка. На сборах в Иркутске она записала: «Дыхание на интенсивную работу не поставлено». Это от безжалостной требовательности к себе. И когда вновь встречается запись: «Самочувствие хорошее. Выполняла работу легко. Лед нормальный. Устала. Спала хорошо» - делается спокойнее нам. Веришь, что Инга вновь поймала нити успеха, и уж до конца сезона она их не выпустит из своих рук, пока не выиграет сезон, пока вновь не докажет, что она самая сильная на земле в своем деле.

Она не позволяла унынию взять над собой верх, была по-прежнему привычна к любым соревновательным и жизненным неблагоприятным условиям, лишь бы быть в спорте, лишь бы всегда иметь возможность испытывать чувство соперничества, приносящее ей радость и облегчение, причем тем большее, чем больше сгущались тучи над ее личной жизнью, превратившейся в замкнутый круг, выхода из которого из-за ее великодушия и терпения она не видела.

Зарубежные конькобежки, которые вскоре после ее гибели надолго заняли пьедестал почета, в годы ее выступления находились в гораздо лучших условиях (о каких - я сейчас скажу), чтобы быть впереди. Ho могла ли она позволить им быть впереди себя! А скольких советских конькобежек вдохновлял ее пример!

Дело в том, что во многих зарубежных конькобежных странах уже в годы выступления Инги функционировало много искусственных дорожек, причем построенных в умеренных или даже теплых климатических областях. На них можно было раньше начинать кататься, уже в августе. При этом увеличивалась ледовая подготовка. Кроме того, катаясь в тепле, а не на морозе, как в России, когда теплоотдача организма во много раз больше, не терять так много тепла. Энергия тела - это тепло. Нет тепла - нет энергии - нет жизни. У Инги, как и у других ее подруг по сборной, энергия находилась.

На международных соревнованиях за рубежом - в Гьевике, перед первенством мира, куда она отправилась накануне Нового года, Инга показала великолепные результаты на дистанции 3000 м - на три секунды хуже, чем при установлении мировых рекордов в Медео! Это на равнине, где разница в результатах с высокогорьем составляет на этой дистанции в среднем двадцать секунд! В дневнике она записала: «3000 м бежала совершенно свободно».

Соревнования прошли еще в трех городах Скандинавии. Все они, вместе взятые, составляли программу новогодних стартов.

Десятого января прибыли в столицу Норвегии Осло. Вновь предстояли выступления в международных соревнованиях. В Осло погода была осенняя. Лил дождь, на льду скопились лужи. Из-за дождя в день приезда тренировка не состоялась. На следующий день воздух был пропитан мелкой изморосью, а в день соревнований, двенадцатого, дождь разразился пуще прежнего. Спортсменки разминались в плащах, даже под зонтиками, ботинки и трико у всех были мокрые. Тут уж не до высоких результатов. Инга записала: «Бежала как получится». Обе дистанции она выиграла. Прошла их «свободно, без напряжения». Потом еще матч СССР - Норвегия...

Проба сил перед первенством мира в финском городе Оулу закончилась успешно. Это было важно. Спортсмен, кажется, круглый год не отдыхает, и в то же время ему нужно сделать так, чтобы полноценно отдохнуть и быть свежим и натренированным к началу очередного сезона.

И вот уже в Оулу. «Каток - прекрасный, большой», - писала она в дневнике. На первой же тренировке, вечером, ударилась ногой о незамеченную в потемках лавочку. Как лавочка оказалась на льду? Ушибла ногу. Сильно болела. Накануне соревнований вынуждена была написать: «Самочувствие - норма. Немного болит нога при толчке». Неважное начало. Что же будет потом? Завтра открытие чемпионата.

Могла ли Инга знать, что это ее последний в жизни чемпионат мира. Могла ли она предположить, что ровно через год, на следующем чемпионате, который выиграет Валентина Стенина, светлую память о ней все присутствующие почтут минутой молчания. Наверное поэтому-то судьба и захотела еще раз удостовериться, не иссяк ли боевой дух прославленной Инги Артамоновой, выступающей в последний раз, и предложила ей на всех четырех дистанциях открывать забеги. Одна из газет писала после: «Трудно поверить, но, наверное, впервые за всю историю чемпионатов по конькобежному спорту одному и тому же спортсмену приходилось открывать все четыре дистанции». Читатель знает, как это трудно, ведь становишься ориентиром для остальных.

Ho было и еще одно немаловажное обстоятельство. «Борьба обещала быть жестокой, - расскажет потом Инга в своей книге. - Ни на одном чемпионате мира не собирались такие грозные для нас противники. После олимпийских игр в обманчивом затишье подросли способные конькобежцы. Особенно меня поразила голландская бегунья Стин Кайзер. Эта девушка не уступала мне в росте... Внушительное впечатление произвели на нас кореянки. Возглавляемые серебряным призером Олимпиады в Инсбруке Пил Хва Хан, они освоили широкий мужской шаг, научились развивать и удерживать такую скорость, которая позволяла им надеяться на самый серьезный успех».

Старт первой пары на дистанции 500 метров дан. Роль «пристрельщиков» обычно отводится первой паре. В последующих забегах появляются, как правило, высокие секунды. И даже установившаяся тишина перед выстрелом стартера, казалось, была с этим согласна. Трибуны затихли, и все затихло. Бежит Инга, что будет?

Первая дистанция многое решает. Каждая завоеванная доля секунды имеет цену. Складываясь с другими, в сумме они приносят победу или поражение.

Ей, никогда не выигрывавшей пятьсот метров на чемпионатах мира, слывшей в основном многоборцем с уклоном к стайерским дистанциям, пришлось начинать спринт, к тому же здесь, в Оулу, в первой паре. Ну уж, знаете ли, это слишком...

Треснул выстрел. Раздались шлепки коньков по льду при разгоне, как будто дворники пробовали скребком лед, перед тем как колоть его. С ней в паре старт приняла полька Адель Мроске. К первому повороту нужно подойти с хорошей скоростью, а потом наклонить влево туловище и, используя скорость, отработать поворот. Отработать так, как отрабатывала тысячи раз на тренировке. Только с еще большей быстротой, еще более технично.

Первые сто метров пройдены Ингой за 11,6 секунды. Теперь левый конек перемещай на внешнюю грань, правым коньком отталкивайся быстрей и отсекай путь левого конька, который тут же ото льда, плавно, чтобы не потерять равновесие, но быстро, отрывается... Хорошо. Скорость увеличилась. Теперь наращивай темп на следующих ста метрах - изо всех сил, отдохнешь на малом повороте: большой ты уже прошла. Переходная прямая - это когда конькобежки меняются дорожками (так положено на каждом круге для уравнения дистанций при беге по большой и малой дорожкам ледяного поля). «На переходной прямой, - отмечала она в дневнике, - скорость была большая, боялась, что не удержать малый поворот. Вошла глубоко, но не смело. Дистанцию прошла хорошо, но удовлетворения не было, так как не люблю заканчивать бег по малой дорожке при ветре в спину».

При старте ветер дул навстречу движению. На противоположной прямой - в спину. Сначала задерживал, а потом подгонял. И вот перед выходом вновь на стартовую прямую идти навстречу ветру по большому повороту было для Инги легче, чем по малому...

Как ни старались другие участницы, но никому из них, в том числе ни серебряному призеру Олимпиады в Инсбруке Ирине Егоровой, ни выдвигавшейся на позиции лидеров голландке Стин Кайзер, так и не удалось показать результата лучше. Впервые на чемпионатах мира она стала сильнейшей на самой короткой дистанции.

Вновь Инга первой стартует на дистанции 1500 метров. В интервью она потом делилась: «Я бежала круг, второй и пробовала лед. Никак не решусь выбрать себе график. Когда уже по радио объявили, что мой результат равен 2.29,7, я поняла, что даже подумать о том, что это время останется лучшим, было бы смешно».

Вскоре ее результат улучшили В. Стенина, С. Кайзер, дебютантка чемпионата Л.Осинцева, кореянка Пил Хва Хан. Инга имела пятый результат.

Ho лидерские свои позиции она сохраняла, по пятам ее преследовала Стенина.

«Хотя я осталась по сумме двух дистанций на первом месте, - рассказывала Инга в своей книге, - тревожное состояние не покидало меня всю ночь. He скажу, чтобы я боялась, просто была бдительна и к любой спортсменке относилась с должным вниманием, ожидая от нее сенсации».

Ее впечатления после первого дня, отмеченные в дневнике, были такими: «О дистанции 500 м даже не знаю, что писать. Шла втемную, вяло и очень устала. Состояние непонятное. Очень волновалась перед дистанцией, может быть, это отразилось на результате. Ночь спала плохо, чутко, снилось много всякой ерунды. Думаю, что все должно быть хорошо. Я этого очень хочу. Завтра будет тяжело, но я сделаю все, что могу. Буду стараться».

По жеребьевке ей предстояло бежать вместе со Стин Кайзер. Голландке хотелось походить во всем на Ингу. Стин как будто сама себя спрашивала: «Можно ли, Инга, тебя обогнать, ведь ты мне так нравишься?» И она решила шутливо спросить об этом у Инги перед стартом. Жестами она ей сообщила. Инга поняла так, что голландка просто-напросто самоуверенна и бахвалится, что выиграет сейчас у нее забег. Ну, знаете ли... Это взорвало Ингу.

Она потом писала в книге: «Снова я открывала забег. На этот раз в паре со мной стартовала двадцатишестилетняя машинистка из голландского города Дельф Стин Кайзер. Эта девушка вчера сумела у меня выиграть. А сегодня, возобновив трудную битву на льду, она мечтала опередить меня в забеге, выиграть лицом к лицу».

Корреспонденты засуетились: Инга вновь начинает забеги. И бежит вместе с сильно выступающей на этом чемпионате Кайзер. Один из корреспондентов потом писал: «Инга вышла на старт по-особому подтянутая и сосредоточенная, точно рассчитывала каждое свое движение. Снова, как и на «пятисотке», четкий, короткий разбег, вход в малый поворот, но на пути стала плотная воздушная стена. Она сопротивляется, не хочет пропустить спортсменку, но вынуждена уступить ее упорству, силе, настойчивости.

И вот награда. 1.37,7 - так и осталось лучшим временем дня. He сумела превзойти этот результат ни Егорова, ни Стенина. Теперь уже несколько разрядилось напряжение. Теперь уже Инга была впереди на 1,017 очка, а разрыв между Стениной и Кайзер достиг 0,733».

Сама же Инга так охарактеризовала свой бег на 1000 м: «Начинала по малой дорожке. Разогналась хорошо, против ветра. Хороший второй круг. Бежала смело, весело и технически хорошо».

Когда ее раззадоривали, происходила мобилизация всех ее сил, и тогда победить Ингу было просто невозможно.

Еще она рассказывала в своей книге вот что: «Во время бега я заметила, как за мной следит глазок телеоператора. Значит, подумала я, мой бег видят в Москве родные, друзья. И я бежала еще быстрее».

«А тем временем, - писал корреспондент, - начались забеги на последнюю дистанцию... Инга стала не только четырежды чемпионкой мира, но и четырежды пионером 1965 года. Ей снова пришлось торить дорожку остальным спортсменкам, и снова никому не удалось пройти ее с такой же скоростью - 5.18,2.

В историю конькобежного спорта вписана новая замечательная страница... Инга... спортсменка СССР, стала четырежды чемпионкой мира. Такой результат еще ни разу не был зафиксирован в протоколах первенства. Вот победительница совершает круг почета по стадиону «Раатти» в финском городе Оулу. В струну под напором тугого ветра вытянулись парадом государственные флаги стран - участниц первенства. В центре поля на самом высоком флагштоке и на том, что рядом поменьше, пламенеют два красных полотнища. Они подняты в знак уважения к успехам спортсменок Советской страны, в честь их победы. Рядом флаг Голландии.

Только что над стадионом смолкли последние звуки мелодии советского гимна. По трибунам вслед за новой чемпионкой мира прокатилась, как прибой, волна оваций. Без помощи солдат финской армии, следивших за порядком на стадионе, Инге бы не протиснуться...

Каждый непременно хотел коснуться рукой чемпионки, получить автограф...

А через несколько часов состоялось торжественное чествование чемпионки. В окружении организаторов первенства и почетных граждан города, перед лицом всех соперниц, которых она сумела превзойти, сидела виновница торжества. В ее честь звучали торжественные речи, воздавалось должное ее мастерству. В эти минуты вряд ли кто-либо задумывался о той титанической работе, которую спортсменке пришлось проделать для победы, о тех огромных усилиях, которые ей пришлось приложить здесь, в Оулу, для ее достижения».

После соревнований Инга скажет:

- Я безмерно рада победе. Мне даже порой кажется, что Финляндия приносит мне какое-то особое спортивное счастье. Здесь я впервые стала чемпионкой мира, здесь я получила три лавровых венка из четырех. Выиграть этот последний поединок мне было очень трудно. К соперницам - подругам по команде присоединилась сейчас целая группа очень сильных, способных спортсменок из Голландии, КНДР... He могу не сознаться, что мне немного и повезло. В беге на 1000 м я стартовала по малой дорожке, что облегчило мне выигрыш на этой дистанции и звание чемпионки мира.

Этот титул я завоевала четырежды, а на Олимпийских играх не выступала ни разу: в 1960 году помешало падение на ледяной дорожке, а в 1964-м - болезнь. Теперь моя мечта поехать на игры в Гренобль, конечно, выступить там как можно лучше.

А в дневнике после этих соревнований появилась запись: «Вечером банкет и, конечно, танцы».

Еще в двух городах Финляндии выступила она в показательных соревнованиях. Всей советской командой посетили Финский рабочий клуб - ТУЛ. Ингу приветствовали, ей улыбались. Как это прекрасно, когда улыбаются, и как досадно, когда сердятся.

Ho почему же, судя по ее дневниковым записям, не радовалась она жизни так, как должна была радоваться всемирно известная спортсменка, впервые за всю историю ставшая четырехкратной чемпионкой мира? Или кому-то ее громкие победы не давали покоя? Или улыбки окружающих, предназначавшиеся ей, и приветствия в ее адрес возбуждали у кого-то зависть? Почему же в дневнике, по приезде в Москву, появляется такая запись: «Самочувствие хорошее. Настроение кошмарное». Значит, это не от боли физической, а от боли душевной. Чем же ты так была опечалена? - скажи ты всем, Инга.

Теперь тренировки для нее стали не только привычным средством для совершенствования своего мастерства, но и тем необходимым, которое отгоняло ее думы о неприятностях личной жизни. И она старалась быть все больше в тренировках, все больше в соревнованиях. He думать, не думать...

На очередь стали следующие соревнования - первенство СССР в Горьком.

Приехав туда, она почувствовала недомогание, слабость. Соревнования уже начались, отказываться неприлично. И потом честь команды! В дневнике она записала: «Погода ветреная, да и состояние паршивое - t 37,7°. Грипп настоящий. Бегу за команду, а так бы снялась с соревнований».

Удивительно, но и здесь ей на двух дистанциях первого дня пришлось начинать первой. Что за жребий выпал на ее долю в этом году?! Стартовать первой на шести дистанциях самых ответственных соревнований!

Спринт на этот раз не удался. Ее опередили многие. На «полуторке» ее обгоняет только Стенина. На двух дистанциях второго дня Инге приходится приложить максимум усилий. Она не только их выигрывает, но и показывает лучшие результаты сезона в мире: 1000 метров - 1 мин. 35,5 сек.; 3000 метров - 5 мин. 8,4 сек. В дневнике записала: «Самочувствие плохое. Стоило большого труда быть сегодня первой. 3000 м бежала в паре с В. Стениной, выиграла у нее 20-30 м». Ho даже эти героические усилия не помогли ей на этот раз стать абсолютной чемпионкой страны. Ею стала В.Стенина. Инга была второй.

И последние соревнования сезона - на приз С.М. Кирова. В дневнике сестра записала: «Желание отыграться заставило меня приехать в Киров и еще раз встретиться с В.Стениной. После болезни только начинаю отходить. Самочувствие удовлетворительное».

Все четыре дистанции она выиграла, показав великолепный для равнинных катков, для того времени, результат - 193,783. Пора уже снова подниматься на высокогорье, чтобы улучшить принадлежавшие ей же мировые рекорды. Пора. Ho это на следующий сезон...

...Ho следующий сезон для нее не состоялся...

Для кого-то из спортсменов характеристика «Он стал даже призером на чемпионате» лестна и вполне объективна. Про Ингу же справедливее было бы сказать: «Она стала абсолютной чемпионкой мира всего лишь четыре раза».

Приезжала она с первенства мира всегда сильно уставшая, под глазами синяки. И какой ценой ей давалась победа, становилось понятным. He на банкетах, нет, когда светилось в бокалах шампанское в ее честь, а она искрилась от счастья, не на парадах, когда на ней были чемпионские ленты с медалями... А вот именно в эти минуты. Есть одна фотография Инги, которая в тысячу раз больше может сказать о цене ее побед и о ней как о человеке, чем сто красивых эпитетов. Инга запечатлена в момент приступа язвы. Глаза ввалились, губы делают усилие, чтобы получилось глотательное движение... Больно, очень больно там внутри! Ho в глазах терпеливость - спокойная, упрямая, гордая! Потом, когда немножко боль утихнет, Инга может отшутиться («Сейчас очень модно иметь какую-нибудь болезнь») или признаться маме в своих достижениях по излечению язвы («Мама, а я вчера даже кусочек куриной шкурки съела, и, знаешь, ничего...»).

Всегда, когда я был в Москве, я с радостью встречал Ингу из заграничных поездок, хотя и не всегда они были радостными для нее самой. He беда. Важно совсем иное. Когда сестра приезжала с победой, она почти ничего не рассказывала о ней, а если и рассказывала, то обыденно, без ликований - это подчеркивало ее скромность. Если она проигрывала, то не плакала, не жаловалась и не ссылалась на неудачи - это свидетельствовало о ее мужестве.

Инга всегда оставалась Ингой. В обычных вещах, которыми иные вовсе пренебрегают, она находила необычное. Это ее и сделало настоящим творцом в спорте. Как в жизни, так и в спорте, она словно хотела сказать словами своей бабушки: «Э-э, а мы и со своей простотой проживем». Без всяких хитростей, честно смотря всем в глаза. Ни разу не сфальшивив и не склонив головы перед трудностями...

И она всю свою спортивную жизнь прошла не опуская глаз, увлекая всех своим примером. За ней потянулись в спорт многие тысячи мальчишек и девчонок... И так своим честным и бескорыстным отношением к делу, которое любила, она подняла на еще большую высоту наш конькобежный спорт.

Результаты
соревнований