1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Конькобежцы России и СССР. Константин Кудрявцев

Конькобежец Константин КудрявцевЗа шесть своих спортивных десятилетий Константин Константинович Кудрявцев построил целую конькобежную вселенную, вылепил в этой вселенной светила и рассчитал их ход. Еще до войны он показывал на ледовой дорожке результаты, намного опередившие время. Он был едва ли не главным действующим лицом многолетней эпопеи поисков места и строительства фантастического катка Медео. Он вывел десятки теорем по технике и тактике бега. Его книга «Скоростной бег на коньках» стала для тренеров настольной, поскольку на ее страницах Кудрявцев сформулировал и обосновал главные законы подготовки мастеров отечественной конькобежной школы. Он и сам воспитал превосходных мастеров: олимпийских чемпионов Е. Гришина, В. Косичкина, Е. Куликова, чемпионов мира и Европы О. Гончаренко. Э. Матусевича, А. Сафронова, призеров высоких турниров Б. Цыбина, В. Каплана, Ю. Юмашева...

Но что стоит за этими строками? Какая жизнь?

Наверное, мало кто столь же ясно, как Кудрявцев, представляет себе механизм взаимоотношений внутри спорта. Едва ли те, кто говорит сегодня о чрезмерной политизации этой сферы общества, могут вообразить, насколько был политизирован спорт в тридцатые-сороковые годы и в начале пятидесятых годов. «Как часто посторонние, не имеющие отношения к спорту соображения брали верх над здравым смыслом!» — писал, вспоминая те времена, Кудрявцев. Но тогда все воспринималось иначе.

«На протяжении тридцатых годов, — рассказывал Константин Константинович, — конькобежцы произносили одно географическое название. Для нас городом голубой мечты стал швейцарский Давос. Никто из советских скороходов там не бывал, а между тем в этом загадочном высокогорном Давосе из года в год устанавливались все новые и новые мировые рекорды. Мы вкрадчиво намекали руководству Комитета по делам физической культуры, что неплохо было бы, дескать, нам поехать в Давос, взглянуть хоть одним глазком на эту кузницу рекордов. На наши просьбы отвечали сжатыми ссылками на напряженность международного положения, подчеркивая при этом, что отношение советских физкультурников к буржуазному спорту было и остается непримиримым».

В Давос конькобежцев тогда так и не пустили. Но Кудрявцев вспоминает о том без тени обиды — ему, человеку, пришедшему в спорт в начале тридцатых, совершенно ясны причины отказа. И потому Кудрявцев в разговоре спокоен. Он вообще не злопамятен, считает, что обиды надо уметь забывать, — в ином же случае они уведут человека в сторону от главных дел, от главных дум. Он, Кудрявцев, был и остается человеком деловым и, следовательно, реалистом. Осознавая абсурдность того или иного положения вещей, он не впадал в саркастическое бездействие, не лез напролом, а искал разумный выход, сообразуя поступки с реальностью. О выдержке его, о самообладании в трудную минуту ходили легенды.

Одна из этих легенд прямо связана с ныне известной историей аудиенции у Сталина. Но тут необходимо небольшое предисловие, эпиграфом к которому могли бы послужить слова Кудрявцева: «После войны внешняя политика советского спорта резко изменилась. Было решено, что мы можем и должны бороться на равных и побеждать лучших спортсменов Земли.

Уточним этот эпиграф: «борьба на равных» мало интересовала тех, кто принимал историческое решение о «резком изменении политики советского спорта». Ставился лишь вопрос о победах. Вселил оптимизм и первый успех: в 1946 году на соревнованиях в Норвегии Николай Петров был лучшим на дистанциях 5000 и 10000 метров, а Кудрявцев выиграл там свою коронную пятисотку.

Европа просыпалась от кошмарного сна войны. На 1948 год была намечена первая после двенадцатилетнего перерыва олимпиада. Все жили ожиданием праздника. «Русские смогли бы всерьез нарушить планы лидеров мирового конькобежного спорта», — писали западные газеты. Швейцарский городок Санкт-Мориц был готов принять советских олимпийцев.

Но сборная СССР в Санкт-Мориц не приехала. «Негативное отношение заправил буржуазного спорта», «страх Запада перед силой советских атлетов», «неувязки с оформлением» — все эти объяснения, наверное, не лишены оснований. Их приводили и тогда, их приводят и по сию пору. Но нельзя не заметить: возможность участия в Играх все же не вызывала в Москве чрезвычайного энтузиазма. Лозунг «Главное не победа, главное — участие» считался в ту пору почти крамольным. Главное — победа! И потому уверенность в силах Кудрявцева и его товарищей по команде не перевесила на чаше весов неуверенности в силах мастеров иных видов олимпийской программы. Ну, не посылать же в Санкт-Мориц одних конькобежцев!

Как бы там ни было, но наши скороходы приняли участие в хельсинкском чемпионате мира того же, 1948 года. Кудрявцев в то время уже исполнял обязанности старшего тренера сборной. (Впрочем, был он, как сам говорил, «бегающим тренером».) И именно на него было возложено архиважнейшее дело: сделать бесплатный прогноз на спорт. Кудрявцев должен был взвесить все «за» и «против» и дать точный ответ на вопрос сумеет ли наша сборная взять «золото»? Возник ли тогда естественный соблазн: мол, заявим, что сумеем, а там будь что будет? Нет, не возник. Не те были времена. За выступлением конькобежцев на международных соревнованиях столь же пристально и требовательно, как некогда контролировал выпуск танков и самолетов, следил Сталин.

Тема «Сталин и спорт» еще ждет своего исследователя. Известности преданы лишь два-три факта, в большей или меньшей степени характеризующие роль Сталина в руководстве спортивным движением. Роль — так обстоит дело и с любой из многочисленных ролей Сталина — неоднозначную. И эта неоднозначность, двойственность отразилась, как в капле воды, в печально известной истории с чемпионатом мира 1948 года.

С Кудрявцева и его товарищей взяли тогда расписку (!), клятвенное заверение в предстоящем успехе. Но результаты чемпионата... Впрочем, с высоты сегодняшнего дня итоги выступления сборной СССР в Хельсинки (напомним: то был дебют!) могут показаться если не выдающимися, то уж, по крайней мере, весьма и весьма достойными — Мария Исакова стала чемпионкой мира, а сам Кудрявцев выиграл все ту же пятисотку. Но в 1948 году Москва оценила их выступление однозначно: провал. И Сталин вызвал их к себе.

— Получилось так, — вспоминает Кудрявцев, — что мне сообщили о вызове с большим опозданием. Когда я приехал в Кремль, группа спортсменов во главе с председателем Спорткомитета СССР Н. Н. Романовым выходила из приемной. Не надо быть великим физиономистом, чтобы по лицам товарищей догадаться, как сложился разговор. Кто-то выдавил удрученно: «Ну, куда теперь?» «Как куда? — ответил я. — На тренировку...»

Расшифруем ситуацию, напряженность которой несколько сглажена сухим изложением Константина Константиновича. Впрочем, люди, жившие в то время, не нуждаются в расшифровке: они понимают, что означал вызов к раздраженному Сталину и легко вообразят себе предельно тревожное, горячечное состояние, в которое вверг спортсменов сам факт спешного вызова в Кремль. Один из них признался спустя годы, что был совершенно убежден тогда: прямо в кабинете их и арестуют...

Но тут-то и вступил в силу закон сталинского парадокса: по закону парадокса вслед за жесточайшими обвинениями должны были скорее всего последовать реальные меры помощи. Хотя и одного того было достаточно, что Сталин принял конькобежцев! Теперь никому не надо было доказывать необходимость помощи спортсменам, теперь не приходилось выпрашивать, вымаливать, унижаться... Наступал перелом в истории нашего конькобежного спорта.

— Проблем у нас действительно было немало, — говорит Кудрявцев, вспоминая события тех дней. — Кто возьмет на себя роль лидера? Старое поколение скороходов высоких задач уже не решит, это очевидно. К уходящему с дорожки поколению я отнес и себя. Тридцать шесть лет — не самый лучший возраст для коренного пересмотра методик. А методики надо было перестраивать... И мы покончили со старинной практикой совместительства (зимой — коньки, летом — велосипед), стало ясно, что лето мешает зиме. Широко ввели в тренировочную практику роликовые коньки, специальную гимнастику, решительно занялись совершенствованием техники бега, проблемами психологической подготовки. И наконец, — тут тон Константина Константиновича становится несколько торжественным, — наконец, мы решили одну из главных задач: построили-таки высокогорный каток!

Счет мировым рекордам на Медео был открыт в конце зимы 1951 года. Но вернемся на пятнадцать с лишним лет назад. Тогда (еще в 1935 году!) легендарный конькобежец Яков Мельников, не питая ложных надежд насчет поездки в Давос, предпринял попытку построить высокогорный стадион в Бакуриани. Строители приступили к работе, Кудрявцев рвался с друзьями из Москвы на подмогу мельниковцам. Уже куплены были билеты... Тут-то и выяснилось, что выбранное место для катка совершенно не годится: плохо замерзает грунт. «Зато идея замерзла после столь очевидного фиаско надолго — почти на пять лет», — констатирует Кудрявцев.

Перед самой войной он (вместе с грузинским альпинистом Сандро Гвалия) нашел славное, как показалось ему, место для катка — умирающее высокогорное озеро в Бакуриани. Идея вырисовывалась крайне заманчивой. Смущало лишь то, что уровень воды в озерце невысок, да и поверхность ее густо покрыта водорослями. Но после непродолжительных размышлений было найдено воистину наполеоновское решение: прорыть канал и пустить в озеро воду горной речки!

— Каналам в те годы было принято давать звучные названия, — вспоминает Константин Константинович. — Наш был назван скромно: «Канал имени Кудрявцева», невзирая на мое решительное сопротивление. Как вскоре выяснилось, от ложной славы я бежал предусмотрительно: наступили ранние холода, вода в канале замерзла. К тому же из-за нашего канала вода почти перестала поступать на сельскую мельницу, и местные жители прониклись к конькобежному спорту вообще и к конькобежцу Кудрявцеву в частности устойчивой антипатией. Тогда сельсовет вынес вердикт: строительство канала имени Кудрявцева прекратить! Теперь я понимаю, что нам тогда крупно повезло. Во-первых, мы в героическом своем порыве не учли одной детали, которую подметил бы любой нормальный человек: сколько ни доливай воды в озеро — водоросли все равно всплывут! А во-вторых (это выяснилось чуть позже), выбранное нами место держало в округе первенство по среднегодовому уровню осадков. То есть даже построй мы каток — пришлось бы после каждого забега разгребать сугробы. Но тогда, замой 1939 года, я не понимал, что нам повезло, и очень грустил...

И вот — Медео.

Сегодня трудно поверить, что место для катка, ныне всемирно известного, было найдено по редчайшей случайности. В один из дней 1949 года Кудрявцев коротал досуг за чтением газеты «Красный спорт». Проглядел и фотографии. Вот горнолыжник в одних спортивных трусах скатывается с горы. Первая мысль Кудрявцева: «Райский климат...» И сразу за ней — вторая, решившая судьбу катка Медео: «Ведь такое место мы и ищем!!!».

То ли ЦК Компартии Казахстана и Совмин республики (помощь которых Кудрявцев оценивает крайне высоко) прониклись страстной любовью к конькобежному спорту, то ли прошлогодняя встреча спортсменов со Сталиным производила на местное руководство магическое действие... Как бы то ни было, с первых дней в распоряжение Кудрявцева предоставили полуторку, геодезиста и знавшего местность пограничника.

Но сколь трудно поверить в счастливую находку, столь трудно и вообразить себе ту беспрецедентную борьбу, что пришлось вести Кудрявцеву с разгильдяйством, со стихией безалаберности, охватившей подрядчиков, едва лишь ослаб прямой контроль ЦК и Совмина Казахстана. Вот приходит пора заливки — и тут выясняется: не провели нивелировку! И вся площадка завалена валунами! Только убрали валуны — грянули морозы. И рабочие радостно, чуть ли не с песнями, уехали. На «спасательные работы» был брошен отряд добровольцев — студентов института и техникума физкультуры Алма-Аты. Впрочем, беды на том не кончились. «Мы дергали Москву противоречивыми рапортами, — писал много позже Кудрявцев, — а Москва дергала нас: «Когда? Будет ли вообще?» А мы не укладываемся в сроки. И тогда я прошу разрешения на то, чтобы сдать пока лишь одну беговую дорожку, а остальное доделать потом. «Заливайте!» — дают мне добро. Ладно, черт уж с тем, что мне подсунули неисправную помпу, — залили! Держится вода! Держится!..

***

Можно, кажется, по пальцам одной руки пересчитать конькобежные рекорды, продержавшиеся хотя бы десяток лет. А рекорд, установленный Кудрявцевым на пятисотке в 18-градусный мороз (42,0), продержался шестнадцать лет — с 1940-го по 1956-й, — и лишь тогда Юрий Михайлов побил его.

Можно, кажется, по пальцам одной руки пересчитать людей, остающихся на исходе восьмого десятка лет в рядах действующих (и ведущих) тренеров. Но Кудрявцев и на пороге своего 80-летия вновь был со сборной и счастлив, что оказался нужен конькобежцам.

Дни рождения - апрель

  • 02.04.1972 Наталья Полозкова - Чемпионка СССР среди юниоров 1988-1990 в многоборье
  • 02.04.1956 Дмитрий Оглоблин - Чемпион СССР 1980 на 10000 м.
  • 03.04.1950 Вера Краснова - Чемпионка СССР 1976, 1977 в спринте
  • 03.04.1933 Владимир Шилыковский - Чемпион СССР 1958 на 10000 м.
  • 05.04.1966 Дмитрий Сыромолотов - Чемпион СССР среди юниоров 1984 в многоборье
  • 06.04.1892 Никита Найденов - Чемпион России 1913 в многоборье, чемпион РСФСР 1921 в многоборье
  • 06.04.1925 Зинаида Кротова - Чемпионка СССР 1950 в многоборье
  • 08.04.1940 Ирина Егорова - Чемпионка СССР 1963 на 500 м.
  • 13.04.1952 Сергей Марчук - Чемпион Европы 1978, Чемпион СССР 1977, 1978, 1979
  • 13.04.1963 Андрей Бахвалов - Чемпион СССР 1991 на 1000 м.
  • 14.04.1982 Екатерина Абрамова - Чемпионка России 2000 среди юниоров
  • 18.04.1972 Сергей Савельев - Чемпион России 1997, 1998 в спринте
  • 19.04.1942 Ласма Каунисте - Чемпионка мира 1969 в многоборье, чемпионка СССР 1968 на 1500 м.
  • 19.04.1919 Игорь Ипполитов - Чемпион СССР 1943 на 3000 м., чемпион СССР 1943 на 5000 м.
  • 20.04.1959 Евгений Солунский - Чемпион СССР 1981 в многоборье, Чемпион СССР 1977 среди юниоров, Чемпион СССР 1979 среди молодежи
  • 20.04.1994 Павел Кулижников - Чемпион Мира в спринтерском многоборье 2015, 2016, 3-х кратный чемпион мира на дистанциях 500 и 1000 м 2015, 2016, обладатель кубка мира в общем зачете 2015, чемпион России в спринтерском многоборье 2014
  • 22.04.1962 Наталья Артамонова (Курова) - Чемпионка СССР 1986 в многоборье, чемпионка СССР 1983, 1986 в спринте
  • 22.04.1941 Борис Гуляев - Чемпион СССР 1966, 1969, 1970 на 500 м.
  • 25.04.1970 Александр Железнов - Чемпион СССР среди юниоров 1988 в многоборье
  • 28.04.1949 Владимир Иванов - Чемипион СССР 1972, 1973 в многоборье
  • 28.04.1948 Виктор Варламов - Чемпион СССР 1974, 1975 на 10000 м.
  • 30.04.1963 Наталья Шиве (Глебова) - Чемпионка СССР 1983 в многоборье, чемпионка СССР 1984 в спринте

Результаты
соревнований